CROSS-O-WHATSOEVER


Он рухнул, осыпав нас каскадом радужных брызг — █████, Великий мост пал, и мы потонули в люминесцирующем тумане. Наши машины взбунтовались, наша логика предала нас, и вот мы остались одни. В безвременном пространстве, с руками холода и их любовными острыми иглами — искрами обратно изогнутых линз.

роли правила нужные гостевая

BIFROST

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BIFROST » beyond the standard model » пути их;


пути их;

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/6A9p0cb.png

пути их неисповедимы, ведь твердил он им, что пути обратного ныне нет;
объединенные богом новым, — язычник отверженный и новый бог, из человеческих деяний рожденный


the glitch mob — fortune days || pertubator&highway superstar — femme fatale
язычник. — порождение человеческих действий.
pertubator&astronoid — souls at zero || algiers— blood
кто мы теперь? — проповедники.


Ихор сладкий, ихор ядовитый по венам его сочится, равно как и ложь праведника избранного новым богом в новом мире. В ихоре этом и языки пламени можно увидеть, присмотревшись:

_____языки пламени, что Великим Костром зовется.

Что было в пламени том? Язычник, оскалившись лишь на мгновенье, кровь слизывает с губ своих. Кровь сладкую, кровь ложью переполненной, и вспоминает он, как также кровь свою слизывал, только с рук его хладных и стальных ныне, обагренных людскими прегрешениями.
На том великом сборище богов решили последние открыться новому миру людей, технологии ставящие на первое место. Не все тогда согласились с этим решением, и тогда пролили кровь непокорных бессмертные, а сын Фарбаути морщится недовольно. «Не дело ведь твое, брат нареченный, кровушку сородичей проливать. Хотя погодите-ка,» — насмехается над мудрецом одноглазым йотун, — «ты ее уже проливал.» Ничего не ответил ему Гримнир, лишь горько усмехнулся ядовитым речам брата по крови.

https://78.media.tumblr.com/d1952b46e2f1a7d858bd7b5ba0b2d954/tumblr_oxhpf1QRjR1t61bmgo5_400.gif
«...это был век технологий, но боги нашли в нем место свое»

...Бог нашел их и привел в лоно свое. Первый — бог старый, бог отвергнутый, но принесший плоды в этом мире в качестве советника, нашептывающего одним тайны других; второй — слово несущее на благо новой философии технократии, увещевавшая о человеке как единственном создании, которому нет предела в совершенстве. Он сказал им: «Являюсь я тоже богом старым, как ты, лжесвященник, но люди нашли меня забытым и возвели в статус нового, технологии внедряющего в сердца и умы людей.» Омниссия историю двум избранным свою поведал, повелев им отправиться вскоре в странствие и укрепить истины в сердцах тех, кто уже уверовал в него.

[NIC]loki laufeyjar sonr[/NIC]
[STA]речи сладки, слова ядом преисполнены;[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/bxux6Kc.png[/AVA]

+2

2

а когда ломалась пластинка мёда,

собирал её волосы в хвост: если успеешь до того, как вымажешься, будешь примерным отцом, а пока оттирай щёки, подбородок и лоб.
(у людей за чертой есть сказка о них: как старый Ом разменял дождь на снег, и теперь в той деревне нет детей. ни звонкого смеха, ни зеркального зайчика, ни кладбища из молочных зубов (но послушай, если я отдам тебе всё, что ты положишь взамен?).
Дочь теребит рукав, закрывает глаза - почти полночь, в шесть устаешь быстрей, чем заканчивается игра. - "пап, поиграем в лошадку?"

когда интерес сменяется затертой монетой
во рту мертвеца,

тянешь костлявые руки, просишь дай, дай, дай, кто-то швыряет тебя, богатого и нагого, умиравшего дважды, вчерашним игрушкам кланяться в пояс - не уснуть за алтарем, только на ступеньках, чтобы люди увидели в тебе бога. Теперь не вера, нет - ни жертв, ни подношений, след былого почтения, утраченное искусство общения с богом - ритуальная имитация. Игра в очки за правильные ответы.
Переплетение проводов - яблоко раздора.
Люди умнее богов. У них появилась коллективная память, чипы, живая механика. Валюта перешла в гаджеты, вирт - в реальность. Они освоили выгоду и обмен, стали жить дольше, лучше. Мартин верил в эволюцию, боги выходили равнодушными и скучающими мертвецами. Люди остались людьми - жадными и тщеславными.
Когда люди развиваются, боги вшивеют.

Он неплохо устроился, бог пропаганды, когда перегрыз глотку рекламе, прикормил местные конгломераты.
Он неплохо устроился, когда научился вшивать импланты в своё наследство.
Где-то здесь, посреди неонового ада, Мартин потерял свою девочку.

он уходит с рассветом;

сколько не молись - от огня ни тепла, ни света - искра во тьме - затекает под глаза укоризной: запах мёда, шёлк тонких волос. Бабочки просыпаются по его зову - голограмма пыльцы, сталь крыльев, маячки, начиненные голосом, искра примитивного разума
ИГРАЙ И ВЫИГРЫВАЙ
Крылья задевают волосы на макушке; в воздухе разливается запах технической смазки.
УДОВОЛЬСТВИЕ НА ЛЮБОЙ ВКУС, ЛЮБОЙ КОШЕЛЁК

Мартин запрокидывает голову к солнцу - когда-то оно было там. Он ещё помнит время, когда рассвет уходил в океан. Теперь - черная дыра и свет межпланетных иллюзий, память о солнце, маячки электрощитков и рекламных голограмм - так светящийся планктон прибивает к берегу по весне. В зазеркалье не осталось места для настоящего.
А теперь глотай пыль пророчеств, никем не начертанных. Он ещё раз приложился к бутылке и выронил её по дороге, прежде чем побрел навстречу сигнальным фарам. Рассеянный свет расплылся в нетрезвой улыбке. Люди полагали, что они - игрушки богов, но это боги - чей-то слепой инструмент.
Он знал, на что его поймал сэр-новые-технологии, товарищ-за-мною-будущее. Запихать бы в глотку каждое слово. За просто так. По делу. На интерес. Маленькая ложь для божественного богохульника.
(папа, дай куклу)

ЗА ПОЛЦЕНЫ! ВСЁ ЗА ПОЛЦЕНЫ!

пап, ну пап.

я тебе не верю.
в тебя не верю.

Мартин постучал водителю в окно.
Когда светящиеся глаза рекламных бабочек превратились в искаженные вопящие рты, он поднёс зажигалку.

[NIC]martin carragher[/NIC][STA]protelare[/STA][AVA]http://s4.uploads.ru/X2A7o.png[/AVA]
[SGN]

когда тебя спросят, как я умер,
передай: все ещё злясь

[/SGN]

+3

3

не сопротивляйся. противься. брат, брат, где ты? мне холодно здесь. убей его, убей, испей сладкого ихора с рук своих. брат гримнира низложенный корчится, извивается словно змея над ним, яд свой источающая. больно, больно, больно, убей, убей, убей, — мольбы здесь ни к чему, крики да стенания исцеляют и угнетают. сын фарбаути от пут пытается освободиться, но только рукам его больно, руки в кровь, пальцы изломаны, вывернуты.

всеотец приходит к нему на исходе. каком?
венгтам непорочный освобождает от пут им и его же детьми некогда сотворенными из детей брата нареченного. венгтам освобождает, прощает ли (?), говорит о новых людях, новом веке, а ётун руки свои ему показывает, укоризненно заглядывая в глаз единственный [но слеп нынче пленник, заглядывает ли или просто пытается найти куда смотреть], глаз-видящий-все и спрашивает: «хочешь историю поведаю, о ты, гунгнир держащий? не бойся, не убью.»  — «я знаю.» — «зачем ты здесь тогда? о, знаю я, истории мои вам, асгардцам, уже неинтересны; вам известно все, но невдомек мне одно, милый братец нареченный: просишь смерти от моих рук?» но руки его давно не брали оружие; только уста его агатовую ложь проливали. владыка повешенных мотает головой в ответ, запястья изломанные сжимая своими мощными руками [ты не сможешь убить его, речи только твои убивают. злокозненный жалеет в этот миг, что слеп, поэтому лишь представляет седого старца, сгорбившегося, разбитого смертью бальдра, на деле же зная, что боги могут личину любую принять, стоит им этого пожелать. да-да, вспомни, вспомни.] один касается щеки его ядом обожженной, ётун отворачивает лицо свое. «не бойся.» — «не боюсь.» так зачем же он отвернул лик свой прочь от нареченного братца? может попомнил вечера и ночи те асгардские, когда участвовал в пирах их диких, а может когда еще только боги молодыми были? ложь, все ложь.
гримнир прочь его ведет от плена им же некогда сотворенного; освобожденный всю дорогу бормочет, мямлит и просится назад, ведь там было лучше. владыка асгарда говорит свое громогласное «НЕТ», и дикая охота сквозь тишину загробную вторгается в чертоги людские, в разум поврежденный, в разум сошедшего с ума и с пути оступившегося. «я слышу стук копыт коней твоих безумных и своры собак, готовых наброситься на меня. ты хочешь убить меня? о, как мило с твоей стороны, мудрец.» старец посмеивается да вновь тянет убийцу сына своего прочь от плена.

люди дадут тебе новые руки.
люди? смертные? жители мидгарда? о, великое древо, боги спустились в мир к ним? нет, боги пришли к ним сами. теперь мир пред сыном лафея новые краски обретает; новые истории в его памяти складываются в мозаику единую; всеотец молвит, что не только руки, но и глаза подарят ему те, некогда ими созданные. созданные и отвернувшиеся. лжецу больно, жжется, играется, смеется и плачет вместе с ним боль, заключенная в сердце гнилом его, — рук более его нет изломанных, искореженных судьбою плена. Они холодны, они созданы из той же стали, что и оружие, а может и лучше, провода оплетают предплечья его. глаз ослепших тоже нет; вместо них импланты [смертные сами сказали ему об этом, и видит теперь немного более чем обычные люди, а глаза — аметистовые с золотом асгарда переплетающиеся], дарующие историю человека, стоит взглянуть на него. огонь поднимает взгляд свой на всеотца, но с удивлением отмечает, что от старца не осталось ни следа. преклонные лета, ухмылка на устах, деловой костюм, — ни пера, ни широкополой шляпы, лишь одноглазым остался. с людьми «советник» [его окрестил так один] изучает новые технологии, языки, истории, отныне доступные ему.

трущобы города — палаты его.
ты мертв. ты все еще хочешь убить брата? нет-нет, всему свое время. средь трущоб города, в неоне утопающем, языки пламени, великим костром зовущимся, [«велико и тяжело бремя мое, брат нареченный.» — «о великая глупость, она ведома и тебе, мудрец.»] при воспоминании только одном, — возгорает все с новой и новой силой. лики незнакомы лжецу, но брат, — брату теперь он начинает верить, но не доверять [доверие злокозненного не купишь слишком праведными и истинными речами] — гримнир поведал о собравшихся ему на закате ночи, в которой великий костер разгорелся. сын фарбаути меж трущоб бродит, а языки пламени, великим костром зовущимся, разгораются с новой и новой силой, ведь именно там он познал сладость ихора бессмертных; именно там он снова руку об руку с всеотцом асгардским встал, руку его направляя против восставших идеи объединиться со смертными. [помнишь как руку хёда слепого направлял ты, чтоб сердце светлоокого бальдра поразить? да, все помнишь и улыбаешься.]

https://i.imgur.com/ajeWDCV.gif https://i.imgur.com/TeaJ3wv.gif
«вот моя история, братья и сестры. я пришел, чтобы поразить нерадивых в компании с братцем моим».
и то была правда, с уст лжеца передаваемая в уста других.

руки свои тогда омывал он на великом костре в ихоре неповиновавшихся решению богов. кто были эти враги их? локи смеялся в лицо пораженным копьем Гунгниром, вотан кладет руку свою на плечо брата нареченного, произнося: «спасибо, что руку мою направлял. ты знаешь, как богов убить, не так ли?» ётун склабится в ответ, руку всеотца с плеча своего убирая. бессмертный бродит среди трущоб с ихором убиенных на руках своих.

ты видишь один и тот же сон.
сон пожирает советника, уводит с собой в глубь веков, уносит прочь от города, давно не утопаемого в лучах солнца. сон тревожит его, — брат одина по крови просыпается в холодном поту, зеленые бабочки в глазах, с уст чернилами ложь на простыни белоснежные падает. сон этот рассказывает о старом забытом боге, переродившемся по воле людей, о людях, преклоняющих колени и ниц падающие перед возрожденным, и некоем мартине. мартин на небосвод смотрит, где солнца нет уже, — лжец оттуда смотрит на него, ничтожного и пропагандирующего славу технологий, а не богов, присоединившихся к людям и технологии их преумножающие. пропаганда. хведрунг смеется, а ложь его проникает во все и вся города, технологии возносившего.
сон этот говорит о том, чтобы истину бога возродившегося лжец и мартин несли во все уголки мира прогнившего, мира умиравшего и изменившегося. ётун пожимает плечами, на эту истину взирая, — но почему бы и не распространить то, что правдой зовется на устах чужих?

мартин, хочешь я поведаю тебе историю?
мартин садится рядом с водительским сиденьем, захлопывая дверь машины, а лжец, ухмыляясь, морщится. морщится от запаха табака. в глазах зеленые бабочки, ложь чернилами на уголках губ его виднеется.
– мартин, мартин, хочешь я расскажу тебе сказку? — молвит советник, а мимо них трущобы проплывают, в жертву неону принесенные. — пришел ко мне как-то средь ночи тот, кто в тени скрывается и молвит, что встретиться с тобой должен я. я спрашиваю его «зачем», но в ответ ничего. ах, марти, ты же не против чтобы старик звал тебя так? ах, марти, нам предстоят великие дела!
[NIC]loki laufeyjar sonr[/NIC]
[STA]речи сладки, слова ядом преисполнены;[/STA]

+2

4

- локи. - имя ложится в язык, тянет в рот ломоть - крохи от памяти, поцелуй бремени. - я знаю эту историю.
дороги пусты. лает механическая собака. если поднять голову выше, можно увидеть, как свет стекает вниз под кнопкой "выключить"
- у таких, как я, нет своей. мы приходим из пустоты, не зная отца, не помня матери. такие, как я, подражают таким, как ты. боги должны служить людям или люди богам? ты живой ещё, не погребенный в человеческих летописях? как странно, мы - могущественные и бессильные, так зависимы от тех, кто забывает, в каком кармане ключи.
в радиоприёмнике февраль. толпа замирает под неоновой вывеской "ИДЁТ ЭФИР, НЕ БЕСПОКОИТЬ!".

ветер разносит огонь, запах смолы, горящих углей, обводит сталь, шепчет на ушко. с юга ещё случались песни мертвых - монотонные, тоскующие, что соткут из лунного света дорожку на тот свет, коснуться лбом и осесть на дно. усталое сонное волшебство обернулось вокруг себя, потрогало кровавую ямку вместо зубов - хоронить ходили во вторник, кидали клыки из-за плеча с зажмуренными глазами, призывали послать новых - крепче и лучше молочных.
печаль говорит одной и той же интонацией.

- расскажи мне, локи, сын лаувей, где здесь правда? когда благородные асы настигли тебя, ты закончил плести сеть и обратился в рыбу. зачем? ведь они поймали тебя, обвязали кишками твоих детей и приковали к скале, змеиный яд стекал по твоему лицу, но я вижу твои лучезарные глаза: люди или бог дал их тебе? чем одно отличается от другого?
это в человеческих сказках люди выходят героями. у богов не бывает сказок.
ни одной, кроме приписанной языками славы.
разве мы не люди? нет.
мы — отражение? мы — вторые? мы — лучше? хуже? другие?

(я знаю эту историю)

- люди. я могу убедить человечество мне поверить, но не могу заставить её послушаться.
ветер застывает и вьется. стук её сердца - музыка. у мартина - ничего: ни сердца, ни пристанища.

он думает: это похоже на детроит. вечный трип в городе мертвого гаражного рока.
- я ищу свою дочь. её зовут элли. она - человек.

- расскажи, а правда, что ты подстроил смерть бальдра, чтобы твоя дочь хэлль встретила бога, её достойного?

[NIC]martin carragher[/NIC][STA]protelare[/STA][AVA]http://s4.uploads.ru/X2A7o.png[/AVA]
[SGN]

когда тебя спросят, как я умер,
передай: все ещё злясь

[/SGN]

Отредактировано Eddie Smith (2018-04-08 21:57:06)

+1


Вы здесь » BIFROST » beyond the standard model » пути их;