... Высоколобые учёные люди сновали среди укутавшихся в шкуры аборигенов. Чужаки называли их дикарями и грелись возле железных зверей, источавших тепло из распахнутых глоток. Железные твари издохли, когда зарычал Фенрир. BIFRǪST, Великий мост, рухнул и горизонт потонул в сиянии.
роли правила нужные гостевая

BIFROST: теория струн

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BIFROST: теория струн » beyond the standard model » these voices won't leave me alone


these voices won't leave me alone

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://i.imgur.com/8dM1MRT.png


I think there's a flaw in my code
11 & Danny Torrance // Dartmouth College // Nowadays


Дэнни видит мертвецов. В нем с десяток шкатулок с "приветами" из отеля "Оверлук", в нем сумасшествие его матери, в нем жесткость его отца.

Элли видит мертвецов. В ней тьма Изнанки, в ней безумие ее матери, в ней ярость ее отца.

Они сияют так ярко, что могут ослепнуть.

Они сияют так ярко, что скоро станут едой.

[AVA]http://78.media.tumblr.com/c2e5c81107ae787f1503c22ad1841d0f/tumblr_inline_oe4x9wsVih1snik3y_500.gif[/AVA][NIC]Daniel Torrance[/NIC][STA]are you strange like me?[/STA][SGN]

Monsters are real.
Ghosts are too.
They live inside of us,
and sometimes, they win.

[/SGN]

Отредактировано River Tam (2017-11-13 16:19:23)

+2

2

Её куратор, должно быть, думает, что она нервничает из-за первого дня учебы; в каком-то смысле это правда. На одном из уровней, в одной из версий происходящего "Джейн", студентка факультета английской литературы, очень переживает из-за этого учебного дня. И из-за своего особого статуса. Из-за чувства, что здесь ей, по большому счету, было бы не место, если бы не удачный диагноз и помощь от неожиданно и необоснованно добрых людей. Устроить в колледж девочку-сироту без документов всего за несколько недель — нелегкая задача, объясняют ее благодетели. "Джейн" делает вид, что понимает: кивает, говорит спасибо очень много раз, иногда даже не к месту. Впрочем, любые слова от нее встречают с восторгом и поощрением.

Реабилитация "Джейн" — чей-то очень многообещающий проект по превращению из нелюдимого ребенка в адаптированного члена общества.

Под верхней оболочкой, под украденным именем Джейн Ивс, есть еще Одиннадцатая, обмирающая от страха. Гораздо более глубокого и реального. Страха, что в любой момент женщина, покровительственно придерживающая ее за плечо, сморгнет удивленно и уставится на девочку на месте почти-двадцатилетней "Джейн". Что вот-вот треснет и посыпется мелкой пылью образ, который она точно так же украла. Как имя. Как чье-то место в аудитории. Как чью-то линию жизни, в которую Эл нагло влезла, не спросив ни у кого разрешения. Зная, что нельзя брать чужое, все равно присвоила. Когда она найдет родителей, затянувших ее сюда во время очередного "перехода", ей очень достанется.

Очень нервную и нелюдимую Джейн здесь оберегают, как могут. Она всегда на связи с аспиранткой с кафедры психологии, можно «позвонить с любой проблемой, дорогая, для этого мы здесь». Ей разрешают задавать самые дурацкие вопросы, вроде того, как ориентироваться в длинных-длинных коридорах (кам-пу-са), как извиниться за опоздание, какие книги взять в библиотеке. Когда мисс Ивс спросили, какую программу она хотела бы выбрать, она специально попросила что-нибудь, связанное с чтением. Не может же студентка, выбравшая литературу, на самом деле читать по слогам? Никто ведь не догадается, верно?

Со всем, что происходит вне учебы, Эл совсем наедине. Нельзя спрашивать, какой стороной надеваются дурацкие колготки в сеточку. Она плохо ориентируется в общении, но уже очень хорошо чувствует, в чем должна разбираться в отношении себя. Что точно не должно ставить в тупик взрослого человека, даже с проблемами, как у нее. Одиннадцатая не любит обманывать, но не лгут только друзьям, а ее друзья очень далеко; поэтому она крадет, подсматривает и забирает себе, только не то, что у нее потом смогут найти и отобрать. Она крадет мысли, слова и картинки. В одном из прошлых переходов она видит девушку, стоящую под фонарем на улице, спиной к ней, и девушка похожа на сплошные яркие пятна, на фигурку, нарисованную пальцами, которые обмакнули в разные краски: синие волосы, желтое платье, темные ботинки. Эл не видит ее лицо, это единственное, что она придумывает сама, вернее, позволяет появиться самому, но ей очень нравятся синие волосы. Ей нравится, что никто из прохожих больше не носит желтое.

Ее соседка называет такие цвета "кислотные", и Эл морщится (в ее голове кислота = опасность), но послушно запоминает, крадет это слово, чтобы потом повторять его. В магазине в ответ на это слово ее всегда ведут к самому яркому. Девочки, живущие с ней в одном крыле, безуспешно пытаются выяснить что-то про ее волосы, но Эл вспоминает в эти моменты, что она еще и Джейн, а Джейн не обязательно искать ответы на всё. Можно пожать плечами или спросить у аспирантки-с-кафедры.

Больше всего Эл нравится читать, читать приходится очень много, и ни с кем не нужно в это время говорить. Но в ее голове слова все еще не соединяются, не складываются в предложения, то ли от усталости и страха ошибиться, то ли потому, что она вообще не должна учиться. Может быть, ей здесь правда не место. Эл просто нужно немного времени, чтобы найти следы и услышать нужные имена. В остальное время, когда по улицам ходить небезопасно или бесполезно, она прячется в библиотеке. Там нет ни соседки, ни куратора, ни бессмысленных разговоров. Есть дальний стол и строгая тетка в больших очках, которая выгоняет за любой шум. Элли умеет не шуметь, очень хорошо умеет быть незаметной, только выдает себя тем, что очень много отвлекается от книги и смотрит по сторонам. Ей трудно читать подряд слишком много, и страница делится иногда на десять и десять минут, на два деления на ее часах с треснувшим стеклом — почти единственное, что она носит с собой из одного мира в другой.

Семь дней сливаются в неделю, проходит еще три, почти сливаясь в половину, прежде чем успевают догнать кошмары. У Одиннадцатой почти нет сомнений, что ее видения бегают за ней точно так же, как она сама передвигается: гонятся по Изнанке, немного отставая. Они могут медлить, но в итоге добираются всегда. Один из дурных снов ловит ее в комнате, будя и без того недовольную соседку. Второй, намного более сильный, накатывает в библиотеке: Эл слишком напрягается над легендой о мертвых королях и упускает момент, когда засыпает прямо за столом. Книга ползет по столешнице, подталкиваемая ее локтем, пока вдруг не срывается резко с места и не летит в стенку; от резкого хлопка Эл дергается, всхлипывает, но проснуться не может.

За ней в это время гонятся, и она не может выйти из сна, не убежав на приличное расстояние — боится, что ее кошмар выскочит следом.
[AVA]http://78.media.tumblr.com/08fe2dc21ca660e0f377eecedc505fba/tumblr_inline_nrrocqmiBf1sxgtro_500.gif[/AVA][STA]and all the kids cried out[/STA][SGN]I didn’t ask for this;
no one asks for this.
You’re born into it.
[/SGN]

Отредактировано Eleven (2017-11-13 17:57:06)

+2

3

Ему снится сон.

Он не спит, но ему снится сон, и образ настолько яркий, что он едва не врезается в столб, перестав видеть перед собой дорогу. Дэнни вжимает педаль тормоза в пол, машина идет юзом на безлюдной, к счастью, улице и счастливой случайностью застывает в полудюйме от пожарного гидранта. Ничего этого Дэнни уже не видит, перед его глазами сгущается сумрак чужого кошмара, он полной грудью вдыхает горький воздух, он оглядывается, потому что слышит угрожающий шелест нечеловеческих шагов за спиной.

Он здесь не один. Дэнни тянется к этой испуганной, загнанной тени и крепко берет ее за руку. Это не его кошмар. Это не отель "Оверлук", залитый кровью, это не миссис Марси, разлагающаяся в ванной, он может с этим справиться. "Дыши", - приказывает Дэнни, потому что чужая паника и его грозит захлестнуть с головой. - "Тише". Они застывают - ступни в холодной воде, кругом темно до боли в глазах, и Дэнни в противовес собственному совету задерживает дыхание.

Что-то падает со звучным грохотом, и кошмар обрывается в один удар сердца.

Он открывает глаза в машине, вцепившись в руль до побелевших костяшек, с раскалывающейся от боли головой.

Дэнни знает, с чем столкнулся, ему приходилось и раньше ловит чужие кошмары, но никогда - так ярко, никогда - так четко. Сияние такой силы оглушает его, остается звоном в ушах, тошнотой и совершенной невозможностью садиться сегодня за руль. Дэнни чувствует себя полным идиотом, когда при машине на ходу ловит попутку и отдает двадцать баксов, огромные, между прочим, деньги. В голове его все покручивается недавний не-сон, слишком яркий, чтобы не быть воспоминанием, слишком чуждый, чтобы им оказаться. С кем он столкнулся?

Он отбивает "пять" соседу, и Джерри снова утыкается в книги. Завтра очередной контроль по химии, но Дэнни тошнит от одного вида учебников. Он тянется к алкогольной заначке, высокий градус, только для экстренных случаев, для дней как сегодня, когда от сияния ему хочется умереть, когда он отчетливее видит тень мертвой девушке не ветке раскидистого кедра за окнами кампуса, когда он знает - стоит закрыть глаза и увидит совсем не темноту, скрашенную красными пятнами от настольной лампы. Дэнни теперь хорошо понимает отца.

- Я все выкинул, - говорит Джерри, поднявший голову на движение. И в этот момент в Дэнни вспыхивает злость, он едва давит порыв врезать этой мексиканской морде, поэтому крепко приходится вцепиться в край постели и спросить:

- Ты рылся в моих вещах?

- Ночью будет рейд, мне сказали старшекурсники.

Дэнни отводит глаза. Он не слишком дорожит Лигой Плюща, мать, которую могло бы расстроить его отчисление, уже год как нет в живых, но говорить об этом вслух - нарываться на удивленный, непонимающий взгляд. Дэнни предпочел бы надраться и забыться, Дэнни предпочел бы прекратить оправдывать возлагаемые на него ожидания.

- Пойду прогуляюсь.

Небо стянуто тучами, дождь барабанит по крыше. Дэнни затягивается глубже сигаретным дымом, от которого стальной обруч, сжимающий голову, кажется чуть менее похожим на терновый венец. Он почти решается накинуть на голову капюшон толстовки и отправиться пешком в город к ближайшей дешевой забегаловке, когда снова ощущает присутствие. Кто-то рядом с ним потеряно, одиноко вздыхает.

"Привет?" - осторожно пробует Дэнни после паузы. Не слово - образ, вопрос, легкое удивление, приглашение. Не кошмар, но что-то, напротив, свежее, словно порыв ветра в том затхлом ничто. - "Это твой сон? Чудной". - Собственный образ: разинувший рот Дэнни, уставившийся на карикатурное изображение чудища из шкафа, шкафа, стоящего посреди нигде. - "Жутковато".[AVA]http://78.media.tumblr.com/c2e5c81107ae787f1503c22ad1841d0f/tumblr_inline_oe4x9wsVih1snik3y_500.gif[/AVA][NIC]Daniel Torrance[/NIC][STA]are you strange like me?[/STA][SGN]

Monsters are real.
Ghosts are too.
They live inside of us,
and sometimes, they win.

[/SGN]

+2

4

- Что, день тяжелый? – безучастно спрашивает соседка, когда Эл возвращается в комнату, опускает брошенный было в ее сторону взгляд обратно к книге. Если бы Одиннадцатая увидела у кого-то кровь, она бы спросила, не нужна ли помощь. То, что для нее обычно, совсем не обязательно должно быть нормой для других людей.

Строгая женщина в костюме, которая следит за библиотекой, например, испугалась. В основном она раскричалась из-за книги, но на них не попало ни капли. У Эл едва-едва натекло под носом, что уже удивительно. Она ни с кем не дралась и ничего не делала в кошмаре. Это ведь просто сон. Ее силы не нужны в кошмарах, к ним приходится прибегать лишь там, в другом месте.

- Не хочешь – как хочешь, не шуми только. У меня контрольная, - ипровизированная перегородка в их комнате – просто штора, натянутая от окна до двери. Элли почти уверена, что, если так агрессивно каждый раз ее задергивать, она снова упадет. В прошлый раз пришлось разбираться с этим самой, исподтишка пользуясь особым методом. – Вечером в кампусе дискотека, буду поздно. Ты дверь не запирай.

«Тупица», мысленно отвечает ей Эл, но только коротко кивает в итоге в сторону шторки. Ей неохота ругаться, тем более, что споры ей малопонятны. Очень короткая дорога от грубых слов до чьего-то лица, впечатанного в стену.

Никому и в голову не приходит, что на вечеринке может появиться “Джейн”. Разумеется. Одиннадцатой повторяют несколько раз только за первую неделю, что нужно стараться общаться с людьми, но она не обязана делать это, если не захочет. У нее и мысли не возникает с этим спорить. Не хочет. Не будет.

«Привет.»

Ей кажется, что она уже дремлет к этому моменту. Вокруг слишком много доказательств обратного: в общей с соседней комнатой душевой шумит вода, в бок Одиннадцатой впивается корешок толстенной книги. Под ее локтями шуршат пустые обертки, когда она переворачивается на спину и закрывает глаза, стараясь сосредоточиться. Ее тумбочка, постель и единственный рюкзак всегда завалены шоколадом – маленький трюк от родителей. Для крови, для памяти и немного для радости.

Чужое прикосновение ее не пугает, наоборот, интригует, поэтому Элли вслушивается в нетелесный голос. Она уже начала думать, что человек в кошмаре был просто частью сна. Если это не так, значит, здесь Эл не одна.

«Страшный. Не чудной», осторожно поправляет Одиннадцатая, стараясь прогнать из мыслей образ своего преследователя. У нее не так много времени, чтобы болтать впустую. «Как ты делаешь это? Ты ходишь там же, где я?»
[AVA]http://78.media.tumblr.com/08fe2dc21ca660e0f377eecedc505fba/tumblr_inline_nrrocqmiBf1sxgtro_500.gif[/AVA][STA]and all the kids cried out[/STA][SGN]I didn’t ask for this;
no one asks for this.
You’re born into it.
[/SGN]

+1

5

"Хожу?".

Дэнни хмыкает вслух и отдает образ себя: карикатурного человечка с ножками-палочками, идущего по парку, деревья как кудрявые брокколи, улыбающееся солнце с шестью лучиками разной длины. Тут же эхом ему приходит отрицание, настолько быстрое и резкое, что он хмурится, сворачивает картинку и ждет... уточнения, что ли? Но его неведомый собеседник не отвечает, не торопится делать первый шаг, так что Дэнни снова касается чужого сияния, осторожно, деликатно, словно за плечо трогает, привлекая внимание.

"Не хотел обидеть".

Он ежится, сигарета тлеет, забытая, в опущенной руке. Дэнни почти забыл, как это – слышать чьи-то мысли, слышать кого-то, кто может тебе ответить. Он помнит, как совсем маленьким был ошеломлен встречей с Диком, и он понимает по удивлению своего собеседника, что для него эта встреча в первый раз. Вот только вместо живости, вместо радости, Дэнни словно касается крепкого пузыря, защиты, заглушки, может, не нарочной, но... сияние не ему одному далось нелегко.

"Нет, я здесь. Сижу".

Еще один образ: Дэнни-человечек сидит на камне, губы трубочкой, над головой нотки.

Он добавляет свое имя чуть детским, округлым почерком.

"Я рад познакомиться. Как тебя зовут?".

И еще одно послание, в котором Дэнни сам до конца не уверен, но все же считает нужным добавить: "Я могу помочь. Вдвоем не так страшно?". Он не может точно сказать, с кем общается, с мужчиной или женщиной, стариком или ребенком, поэтому и образы подбирает как можно более простые.  [AVA]http://78.media.tumblr.com/c2e5c81107ae787f1503c22ad1841d0f/tumblr_inline_oe4x9wsVih1snik3y_500.gif[/AVA][NIC]Daniel Torrance[/NIC][STA]are you strange like me?[/STA][SGN]

Monsters are real.
Ghosts are too.
They live inside of us,
and sometimes, they win.

[/SGN]

Отредактировано River Tam (2017-11-15 18:35:29)

+1

6

Для Эл не впервой делать что-то, механизм чего она плохо понимает. Ее очень часто, почти постоянно ведут ощущения, которым она следует, схоже с попытками идти вслепую по лабиринту, ориентируясь только на звук. Принимать образы оказывается легко, только Элли - опять же, неосознанно - не дает им проходить беспрепятственно.

Неудивительно, что к ней сложно пробиться: Одиннадцатая боится того, что иногда происходит в ее голове. Не панически и нерационально, а вполне трезво опасается полностью впустить кого-то. Если в ее разум можно зайти, значит, из него могут выйти.

«Все в порядке». Она вздыхает и открывает глаза, садится на постели, сосредоточенно мнет костяшки пальцев. Эл хочется, чтобы все было проще, можно было общаться, не задумываясь, намного более легким способом, чем столкновение лицом к лицу. Просто принять, что поблизости кто-то еще умеет дотягиваться и налаживать связь, она уже не раз чувствовала таких людей, открытых или не подозревающих о своей силе.

«Элли», без задней мысли, почти на автомате отвечает Одиннадцатая, и спохватывается гораздо позже, чем нужно. С другой стороны, она чувствует-видит такую простую картинку, улавливает созвучное имя, что удержаться сложно. «Здесь меня зовут Джейн».

Если это тот же человек, что попал в ее кошмар, он, по всем правилам, дожен понимать, во что ввязывается. И все же Эл неловко и неуютно позволять кому-то подключаться к той же волне. Большая часть того, с чем она сталкивается, очень быстро и неуловимо почти переходит из области снов и других, далеких слоев реальности в их, физический, в настоящий. Не противоположность выдуманного, но «настоящее» как время. Как точка в пространстве.

С ней очень опасно находиться в одной точке, Эл слишком хорошо знает это. Здесь, в спокойном месте, среди обычных людей, особенно болезненно представлять прорывы.

«Ты можешь помочь, даже не зная, с чем?» Выходит резко, и она старается, насколько может, представить свои слова более… светлыми. Пока она не очень понимает, как “Дэнни” общается с ней так четко. «Мне почти не страшно. Страшно то, что за мной гонится.»
[AVA]http://78.media.tumblr.com/08fe2dc21ca660e0f377eecedc505fba/tumblr_inline_nrrocqmiBf1sxgtro_500.gif[/AVA][STA]and all the kids cried out[/STA][SGN]I didn’t ask for this;
no one asks for this.
You’re born into it.
[/SGN]

+1

7

"Вдвоем всегда легче". – Дэнни намечает двух человечков, взявшихся за руки. – "Ты же не сможешь бегать всю жизнь? Я знаю, как справляться с кошмарами".

– Торренс! – его окликают, дотлевшая до фильтра сигарета обжигает пальцы; резкий вдох – и наметившаяся связь тает, отклик слабеет и замолкает. Дэнни трет виски, морщится, слизывает залетевшие в его убежище капли с губ. Головная боль, отступившая было, снова накатывает тошнотой, кажется, он промок здесь насквозь, и хорошо, если отделается кашлем, а не каким-нибудь воспалением легких. Ему бы, право слово, стоило оглядываться по сторонам, прежде чем играть в коматозника.

– Торренс, на территории кампуса курить нельзя!

Дэнни нехотя поднимается на ноги, машет рукой: иду. За три года куратору пришлось с ним повозиться, но в итоге между ним и Джеймсом установился вооруженный нейтралитет, некий договор, согласно которому Дэнни учился и не прогуливал пары, а Джеймс в ответ не ебал ему мозги общественно-полезной деятельностью.

– Так точно, сэр! - Дэнни салютует сигаретой и тушит ее о каменную стену, нарываясь на еще один возмущенный окрик.

Вернувшись в кампус, он идет в душ.

Горячая вода неплохо прочищает мозги, расслабляет плечи, дышится легче. Дэнни закрывает глаза, массирует ноющие виски, когда слышит странный стрекот позади. Незнакомый совершенно, неуместный в душевой. Он медленно поворачивается, уже предчувствуя сияние всем собой, и вовсе не удивляется, когда видит распростертую женщину.

Она мертва.

Дэнни знает это.

И женщина знает об этом тоже.

– Они идут, – говорит мертвец. – Защити ее.

Жужжат мухи. Дэнни кивает медленно. Отворачивается к другой стене, моргает – и когда смотрит вновь, женщины уже нет. Нет крови, вытекшей из развороченного живота, нет следов изувеченных ступней, нет внимательного взгляда пустых глазниц. Дэнни выдыхает. Сияние отступает, оставляет его, позволяет вытереться, одеться и лечь в постель. Сияние не беспокоит его до следующего дня.

Проверочную работу чудом удается не завалить, он подслушивает пару правильных ответов, примерно представляет, что отметить в других пунктах, на проходной бал должно хватить, . После он спускается в кафетерий, устраивается за угловым столом.

– Тяжелая ночь? - спрашивает Сара, отдает ему кофе.

– Вроде того, – усмехается Дэнни. Сара ему немного нравится: высокая, светловолосая и светлоглазая, она всегда улыбается и добавляет лишнюю ложку сахара в чай, за что ей огромное спасибо. Вот только ее мудака-парня Дэнни знает очень хорошо тоже, как и чувствует синяки на ее теле, как и то, что он ничего с ними не может поделать. Поэтому Сару он сторонится обычно, но сегодня и в самом деле тяжелая ночь.

Немного чужого тепла и хорошо сваренный кофе, лучший во всем университетском городке, вот что ему нужно. [AVA]http://78.media.tumblr.com/c2e5c81107ae787f1503c22ad1841d0f/tumblr_inline_oe4x9wsVih1snik3y_500.gif[/AVA][NIC]Daniel Torrance[/NIC][STA]are you strange like me?[/STA][SGN]

Monsters are real.
Ghosts are too.
They live inside of us,
and sometimes, they win.

[/SGN]

Отредактировано River Tam (2017-11-16 13:56:42)

+1


Вы здесь » BIFROST: теория струн » beyond the standard model » these voices won't leave me alone