... Высоколобые учёные люди сновали среди укутавшихся в шкуры аборигенов. Чужаки называли их дикарями и грелись возле железных зверей, источавших тепло из распахнутых глоток. Железные твари издохли, когда зарычал Фенрир. BIFRǪST, Великий мост, рухнул и горизонт потонул в сиянии.
роли правила нужные гостевая

BIFROST: теория струн

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BIFROST: теория струн » law of universal gravitation » 青木ヶ原


青木ヶ原

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://i.imgur.com/kYYk2yi.png


青木ヶ原
Рыжий и Бесстыжий // Аокигахара // декабрь 2015


- О, сладкая мука, не видеть тебя, но знать, что ты там ждешь меня, нуждаешься во мне... 
- Бля, Харпер, заебал, посвети фонариком!

+3

2

- ...ладно, возможно, я не вполне понимаю, где мы.

В переводе это означало примерно: я снова привел нас в гребаное ничего, но ты вряд ли против.

Просто с опушки лес казался намного более редким, а маршрут, проложенный по снимкам со спутника, не имеет ничего общего со сплошной стеной деревьев. Последние пять минут они топтали траву наобум, сойдя с утрамбованной тропинки для туристов. По ней можно было только сделать круг и вернуться к выходу, к дороге; им же нужно глубже в лес. И кроме этого "глубже в лес" других ориентиров нет.

Короче говоря, Джейсон терпеть не может искать вслепую, еще больше - признавать, что он банально заблудился. Рой тоже не мастер ориентирования на местности, но подколоть шанса не упустит, начнет трепаться о своей любимой технике и о том, что не надо было говорить "я знаю, когда сходить с тропы". За этим следовала еще парочка нелестных прозвищ, но их он обычно не повторяет.
Прежде чем начинается словесный поток, Тодд достает из рюкзака гибридные снимки: единственная карта, которая никуда не годится. Чертовы японцы ленятся заходить поглубже в лес, поэтому путеводитель для туристов охватывает только малую его часть. Снимать висельников с деревьев дальше тропы никому уже не хочется, и Джейсон постепенно понимает, почему.

- Мы точно ушли в правильную сторону. Где-то здесь должны начинаться пещеры, - он с трудом удерживается от желания пнуть хорошенько голубоватую траву, неприятно мокрую, будто туман осел. Которого здесь не должно быть в помине - день на дворе!
Правда, деревья растут настолько плотно, что и света здесь маловато. На этот случай есть фонарики, но продираться через массив все равно то еще удовольствие. Такие места Тодда обычно не пробирают: темноты он не боится, из леса всегда можно выбраться прямо по верхушкам, но здесь... Неприятно. Не будь это просьба Юкимуры, свалили бы к чертям собачьим: Япония красивая, но дальше Токио (а еще лучше - дальше порога конспиративной квартиры) он еще сто лет бы не выходил. Но старые связи терять не с руки, и цифры его впечатлили. Не каждое место похвастается сотней безумных в год, которые почему-то мечтают оставить свою тушку именно под этими деревьями. Тем более не такими, которые через пару лет внезапно возвращаются к жизни и как ни в чем не бывало закупаются в магазине в ближайшем городке, светят удостоверением личности, раплачиваются своей кредиткой и снова исчезают. Мрачноватая история, и лес ей под стать.

Зато рыжего ничем не возьмешь, ковыляет где-то позади, еще и шуршит так, что им в тех пещерах сейчас начнут на стол накрывать. Джейсон оборачивается и с минуту молчит, обдумывая, насколько глупо будет предложить перекур посреди травы и кустов, которым только загореться дай. А, к черту, может, хоть повеселее станет?

- Эй, Харпер, - сигарету он все-таки достает, и красно-белая пачка летит в сторону напарника, - А тебе тут нравится? На мульты твои смахивает.

Речь не о мультиках для даунов, естественно, хотя по большей части Рой их и смотрит; в таких количествах, что в Лондоне у них теперь нет телевизора. Вернее, есть, но с красивым пулевым отверстием посередине, потому что иногда четырех черепашек-мутантов бывает слишком много на одного Джейсона. Зато японская полнометражка, которую рыжий как-то включил во время двенадцатичасового перелета, оказалась как минимум красивой. Как максимум - Тодд оторваться не мог, хотя и под пытками в этом не признается. И на вопросительный взгляд Харпера, когда тот включил мульт от того же режиссера, он тоже не ответил: сложно объяснить, почему его так смешит их времяпровождение. Видимо, для его друга нормально чистить оружие под музыку из Тоторо или накладывать швы, постоянно отвлекаясь на сцену, в которой лесному духу отрезают голову.

Осталось надеяться, что японцы в жизни все-таки менее долбанутые, и существо с лосиными рогами к ним из чащи не выйдет. Харпера тем временем просто распирает от гордости за то, что они заблудились, - ну не придурок ли? - и Джейсон закатывает глаза.

- Окей, доставай свои игрушки, - он зажимает сигарету в зубах, прежде чем подойти и снисходительно заглянуть в экран какой-то очередной чудо-машинки, которую Рой собирал накануне. Чтобы увидеть там вместо четкой картинки, которой ему хвастались, одну рябь. - Чудесно. А твой навигатор не должен работать? Так, для разнообразия.

С подготовкой облажались они оба, но всегда остается интрига, кто кого успеет упрекнуть первым. Сегодня Тодд - победитель.

+2

3

Выросший среди индейцев Харпер всегда относился к лесам только с положительной стороны. В отличие от более городского Тодда, именно каменные джунгли первое время казались ему невыносимым лабиринтом, где одна стена неотличима от другой, и где потеряться проще, чем всадить стрелу в осиное гнездо. Привычно навалившаяся тишина, наоборот, успокаивала, позволяла выпрямиться во весь рост и, залихватски повернув кепку козырьком на сторону, разглядывать окрестности в поисках нашумевших трупов. Вот только Джейсон его не спросил: Хей, ммм, чувак, будешь нашим проводником? - но гордо заявил, что знает, когда сойти с тропы, поэтому Рой ухмыльнулся, хлопнул его по плечу и проговорил:

- Конечно, дружище, не вопрос! Рули ты! - после чего приотстал и приготовился наслаждаться ЗРЕЛИЩЕМ, как Джейсон Питер Тодд проебывается в лесу и просит помощи у своего рыжего друга-идиота (последнее наверняка станет определением Колпака, который взбесится, что Харпер промолчал). Но он правда не мог не! Это почти преступление против всех законов юмора и дружбы!
Вот только, как всегда, очень быстро что-то пошло не так.

Джейсон все еще уверенно шел вперед, но Харпер видел, что они уже заблудились. Что густой кустарник не просто мешал держать выбранное направление, что выбрав себе, допустим, одну точку в виде сосны, Харпер чувствовал выдрессированной совсем в других лесах интуицией, что они неумолимо отклоняются от маршрута. Сумрачное солнце, еле проглядывающее сквозь плотно срастающийся над головой полог деревьев, оказывалось то за их спинами, то забегало вперед, вело себя словно не дисциплинированное светило, следующее с востока на запад, но девчонка лет пятнадцати, мечущая между парнями из футбольной команды, не в силах определиться, кому дать первому.

Со стволов свисал гроздьями густой, темно-синий и темно-зеленый мох, он же смягчал шаги, и Харпер старался шуметь и шаркать побольше, чтобы разбить повисшую в лесу звеняще-острую тишину, которая тоже казалась ему совершенно неправильной. В чаще не должно быть так тихо! Ни единого шороха, ни единого звука, кроме собственного дыхания Роя и тяжелого пыхтения Джейсона, приглушенного шлемом.

Чем дальше они углублялись в лес, тем страшнее Харперу казалось.

Он продолжал болтать, чтобы сосредоточиться на звуке собственного голоса.

Он продолжал вертеть головой, потому что чувствовал взгляд, упершийся тяжелым пистолетным дулом в его затылок.

Он едва не вздрогнул, когда Джейсон заговорил, потому что за его словами услышал другие, произнесенные шепотом, словно эхом, пробежавшимся по по-прежнему неподвижным, застывшим листьям. Харпер громко сглотнул и достал из сумки собранный прибор, который должен был работать в условии природной аномалии, связанной с залежами железной руды под землей. Увы. Тот рябил, пикселил и отказывался работать совершенно нагло и откровенно. Рой потряс его пару раз, а потом, всего на одной мгновение, множество несвязанные символов сложились...

В мать его блядскую нахуй, ЛИЦО.

Ебучее лицо, оплывшее, с распахнутым ртом, который бывает у висельников. Рой сдержал крик, но навигатор рассыпался на части, столкнувшись со всего размаха с древесным стволом.

- Все равно нихуя не работал, - объяснил Харпер, пожав плечами и скрывая дрожь пальцев, сжимая их в кулаке. Что за хрень. Он ведь встречал вещи, бывал в местах и пострашнее, едва в пасть Киллер Крока не полез почти добровольно, а тут трясся новорожденным кутенком, отлученным от мамкиной груди.

- Ну ладно. Давай попробуем по старинке, - пробормотал Харпер и, скинув с плеч рюкзак, бросил его на землю. Подобрал обломанную палочку и принялся быстро набрасывать схему. - Вот смотри, тут мы сошли с тропы, двигались метров триста на северо-запад, потом обходили болотце и сместились градусов на тридцать к югу, потом то бревно, и еще метров триста и... ага.

Он отбросил палку и вскинул победно оба кулака в воздух.

- И ТА-ДА-ДА! Заблудились!

Отредактировано Roy Harper (2017-06-07 20:13:37)

+2

4

В чем Тодд все еще не имел ни малейшего желания уметь разбираться, так это в чужих эмоциях. Тем более, что Харпера легче было бы завалить на этот самый мох и препарировать перочинным ножом, чем понять, что у него на самом деле происходит в голове. Отмахиваться и отшучиваться они оба умели примерно на одном уровне, и копаться, что скрывается за этой привычкой, глупо, опасно и совершенно лишне. Почему сейчас-то Тодд должен был заметить, что рыжий дергается, глядя в темные проемы в стене стволов и болтает громче обычного?

К тому же, он катастрофически занят тем, чтобы не отправить лицо Роя следом за навигатором. В смысле, прямо в дерево. Можно тоже вдребезги.

- Да ты просто гений, стрелочник, - Джейсон закатывает глаза и раздраженно мнет подошвой выдавленные в траве узоры, отворачивается, пряча вздувающуюся жилку на виске. Все это время, значит, он молчал, наблюдая, как они херят драгоценное время, ради того, чтобы выдать ехидную морду. Вот какой ты сам мудак, такие у тебя, Колпак, и друзья. - А что-нибудь более ценное, чем очевидные факты?

Сигарета успевает истлеть наполовину, прежде чем Тодд вспоминает о ней, и это еще одна раздражающая деталь в копилку всего остального. Упустил, не вспомнил то, что этот мудак упоминал о своих особых отношениях с лесами (кто же знал, что он способен запомнить каждый куст?). Не изучил как следует этот гребаный лес, прежде чем уходить из безопасной, светлой и чистой, если не считать пары случайных трупов раз в месяц, зоны. Даже шлем, который он оттянул с лица, сейчас раздражал больше обычного: не помогали крепления, которые он приделал к рюкзаку, эта штука все равно давила на шею и неприятно натирала. И в рюкзак не уберешь - где-то здесь шастают те ублюдки, которых они ищут. Живые или мертвые, они получат своего Красного Колпака.
Потому что проводником или ведомым, но он до них доберется. Нужно просто сделать вид, что перед ним не маячит победоносно ухмыляющийся недомерок, и подумать.

Через минуту Джейсон уже улыбается краешком рта, глядя куда-то за спину Харперу. Шепота ветра между деревьями он не слышит, странных теней и тем более лиц не замечает: с ним это место напрочь отказывается общаться, воспринимая ровно с таким же презрением, как и он весь Аоикигахару. Да и не по его это части, пусть с зловещими знамениями разбирается чемпион по спортивному ориентированию на местности.

- Я бы сейчас сказал тебе, кто ты, Рой, но у нас много дел, - окурок втаптывается в мох, рюкзак летит на траву, к первому, прежде чем Тодд разгоняется в пару шагов. Короткий прыжок, и ветка недовольно скрипит под его весом, явно не ожидая такой подставы. Ничего, потерпит, хоть чем-то им эти деревья должны послужить. И да, издалека ему не показалось: перед носом действительно раскачивается обрывок веревки, что даже странно при стылых листьях и отсутствии даже намека на ветер.

- На тропе мы бы этого точно не нашли, - сообщает он Харперу, уже пришелестевшему поближе, но спускаться не спешит. - Надеялся на труп, но это даже лучше.

Одной рукой развязывать узел, на котором недавно висело килограмм пятьдесят человеческой массы, ему не улыбается. Приходится подтянуться и все-таки устроиться на ветках, как долбаному Маугли, прежде чем он кидает свою находку вниз.

- Обрезана аккуратно, думаю, успела еще сослужить. И раз ты сегодня за умненького, - Джейсон мягко приземляется рядом и брезгливо отряхивает перчатки от вездесущего синего мха. Определенно, он не любит леса. - Я выслушаю твои версии, зачем кому-то понадобилось идти в чащу и собирать с деревьев спелых покойников.

+1

5

- Вообще-то, пидр, - недовольно заметил Харпер, разглядывая свои растоптанные художества. - Это была рабочая схема, по которой, если бы ты вдруг захотел выжить, я бы смог по крайней мере вывести нас отсюда. У тебя что, обучение было только по бэт-топографии, а? - он ерничал больше по привычке, по тому выработанному уже маршруту, что задействовал язык напрямую, не подключаясь к голове, потому что все больше прислушивался к окружающей тишине, которую уже почти ненавидел. Джейсон отвлекал его своим недовольным лицом, и Харпер честно старался себя распалить хоть немного, потому что когда злишься - трудно бояться.

Этот лес - совсем чужой.

В нем нет места людям.

Харпер обернулся нехотя, потому что подсознательно ожидал: обернувшись, наткнется взглядом на что-то невообразимо ужасное, из ночных кошмаров, не убийцу с ножом, не банду местных мародеров, даже не взбесившегося медведя, чудом сумевшего подкрасться слишком близко; но нечто иное, нечто интуитивно неправильное, с чем нельзя встречаться обычному человеку.
Но его встретила лишь оборванная веревка, и накатившее облегчение зашумело в ушах, заглушая слова Тодда. Пришлось встряхнуться, отмереть, переступить с ноги на ногу, перенося вес: мышцы, сведенные напряженным ожиданием, нехотя расслабились, позволяя немного выпрямиться, перестать сутулиться словно в ожидании нападения. Харпер потер ноющий висок большим пальцем, мечтая если не закинуться обезболивающими, то, хотя бы, о ментоловом карандаше, способном прояснить путающиеся мысли.

А по идее, да. Закинуться было бы правда неплохо.

- Не знаю, - рассеянно ответил он, присаживаясь на корточки рядом с "добычей". - Скорее всего, какой-то призрак-коллекционер.
Рой показал пальцем чуть левее, на примятую траву.

- Он пришел с той стороны. Несколько часов назад, три или четыре. Следы ведут сюда, видишь, он ножом сделал засечки на дереве, - Харпер машинально, сам не понимая для чего, сунул подобранную с земли веревку в карман и подошел ближе к стволу, провел затянутой в перчатки без пальцев рукой по изуродованной коре. - Чтобы добраться до ветки. Судя по высоте и траве, едва ли весил больше пятидесяти кило, скорее всего, в хорошей физической форме. Но, - Рой отнял ладонь и нервным жестом потер щеку, словно множество мелких механических движений могло его успокоить, - но обратно он не спускался. Если бы его снимали, остался бы след. Так вот я... - Харпер, наконец, посмотрел в глаза Тодда, - никакого, нахуй, следа не вижу. Человек пришел сюда сам. А потом какой-то ебнутый призрак срезал веревку и развоплотил тело в воздухе. Финита.

"Так что идем отсюда нахуй, Тодд, пока нас самих не развоплотило что-то".

Он мог так сказать, он должен был так сказать, скорее всего, Джейсон даже не стал бы особо усердствовать в насмешках. Но его друг вел себя совершенно нормально, словно этот лес для него не отличался от любого другого, и потому признаваться в своей слабости Рой не хотел. В конце концов, ничего особо сверхъестественного не произошло, верно? Поэтому он нехотя потянулся за рюкзаком.

- Ладно, попробуем обыскать здесь все вокруг. Если следы маскировали, рано или поздно им это должно было надоесть.

+1

6

«Призрак-коллекционер. Развоплотил тело. О, боги, в каком же я фантастическом дерьме оказался.»

И, что еще хуже, притащил Роя, который и так слишком впечатлительный, примерно на уровне гребаного вечного подростка. Да они недавно подростками оба и были, что уж там. После тесного общения с Сущностью и веселых уикэндов, проведенных во Всекасте, Тодд не то что не привык к внетелесным существам, он возненавидел их еще больше. Раздраженная кожа под колпаком зачесалась еще больше, а снимать перчатку, чтобы нормально унять нервный зуд, охоты не было.

- Охуеть, рыжик, целую теорию уже разработал. Хвалю, - заслуженно выдает Джейсон, благо, у него есть отличное оправдание, чтобы не похлопать его одобряюще по плечу - тогда Харпер весь окажется в этом липучем, мерзком мху. Краем глаза снова замечает, какой Рой дерганый, с бегающим взглядом, и пыжится больше обычного. Что-то он чувствует, интуиция это, особый дар или просто привыкшая к неприятностям задница, и к этому придется прислушаться. - Если подумать, ты даже недалек от правды.

Перепроверять следы за напарником нет никакого смысла, при всех недостатках у того глаз-алмаз, который не подводил ни разу. Если он не заметил на земле никаких признаков того, что коллекционер ушел, значит, этих признаков там и нет. Если не заметил на земле, ага. Уголок губ едва заметно дергается, но этот маленький триумф Рой не замечает - очень зря, мог бы спасти себе нервишки.

- Я на местности не ориентируюсь, зато бэкграунд проверяю всегда заранее, прежде, чем высаживаюсь куда-либо. Этому я тебя, мой юный друг, еще не научил, - за "юного" они уже пару раз подрались, прежде чем Рой смирился с разницей в год, но Тодд на всякий случай все равно ретируется к деревьям. Не хватало только тратить время на его идиотские попытки начистить другу, травмируется еще случайно о его кулаки. Арсенал ему все-таки полезнее целым и невредимым, даже если с кислой рожей, как сейчас. - Япония в принципе славится призраками. Довольно кровожадная страна, здесь смерть любят и почитают.

Мудачить и нести ерунду, вообще-то, тоже всегда было функцией Харпера, но отказывать себе в удовольствии отомстить за предыдущий подкол - зачем? Поэтому он машет ладонью призывающим жестом и снова выдвигается вперед, в тьму между деревьями. То, откуда пришла жертва - это их единственная зацепка, и они идут в противоположную сторону. Простая логика, но для Харпера он приберегает особое объяснение.

- Во всех легендах, связанных с этим местом, говорится, что сюда приходят люди, которых снедает грусть и сожаление. Лес кишит здешними духами, юрэй, которые очень любят морочить голову и завлекать подальше в чащу. И если ты последуешь за ними и сойдешь с тропы...

Они настолько далеко от тропы, насколько это вообще возможно, и Тодд едва заметно снижает тон, будто их могут услышать. Как если бы он верил в то, что на каждый их шаг кто-то за стеной деревьев делает ответный, следует по пятам, изломанно и странно повторяет их движения. Зеркалит, изучая, и уже тянется бледными пальцами, пытаясь выудить из головы страх. Образы, которые сможет удачно воплотить, когда наконец выйдет из своего укрытия и начнет охоту.

- Если мы о чем-то грустим, Харпер, то нам не стоило приходить сюда, - он останавливается у крупного, раскидистого дерева, буравит Роя взглядом из тени ветвей. И странно улыбается, прежде чем издать хриплый смешок. - Рыжий, да ты белее кокаина. Призраки злые только потому, что на самом деле их не бывает.

Он приметил этот ствол, возвышавшийся над остальными, еще с первой остановки, и теперь, когда они подошли ближе, уже приметил ветки пониже. Вопрос пары минут, прежде чем Тодд доберется до верхушки и сможет оглядеться, и действительно было необязательно пугать друга; но вид остолбеневшего Харпера, который впервые в жизни не может подобрать ответ и только таращится удивленно, весь бледный и сбитый с толку... В общем, он почти не чувствует угрызений совести, когда указывает, как маленькому, пальцем вверх.

- Они ушли по деревьям, поэтому и следов, скорее всего, не осталось. Они тут стоят впритык, пройдемся, как по дорожке в Изумрудный город. Попросишь там для себя храбрость... Или мозги, - Джейсон проверяет крепление от рюкзака, стягивающее грудь, и надвигает маску на лицо, скрывая довольную ухмылку. - Если не против, я полезу первым, пока ты подбираешь челюсть с мха.

+1

7

Рой не хотел, не хотел, не хотел здесь оставаться. Он не понимал, почему Джейсон улыбался, почему вел себя так спокойно, словно у себя дома пистолеты чистил перед сном, а не блуждал в полном потенциальными призраками лесу. Да после всего, что они пережили, так спокойно отмахиваться от слухов, даже самых диких? "Конечно, тебе хорошо," - зло подумал Рой. - "У меня-то, блин, только стрелы, которые втыкаются лишь в мясо, но никак в неведомые субстанции".

Харпер проглотил все возражения и поджал недовольно губы. Он не хотел выглядеть трусом, или паникером, или истеричкой, поэтому не послал Тодда нахуй с его расследованием и не съебался отсюда так, что пятки засверкали бы. Плюс подозревал еще, конечно, что когда останется один - станет еще хуже, потому что сейчас мордас Колпака маячил перед глазами и придавал окружающему миру приступ реальности. Хоть немного. Хоть чуть-чуть.

- Хорошо, Дороти, я тебе подарю на день благодарения красные туфельки на каблучках, если ты так настаиваешь, - ответил он - чуть более агрессивно, чем обычно. Тряхнул головой и попытался взять себя в руки. Джейсон и без того уже заметил его бледность, не хватало еще, чтобы углядел дрожь пальцев. Рой с силой сжал кулак. Блядь, нет, он же не слабак какой-то, бывали переделки и похуже, в которых сохранял ясность ума, тогда почему сейчас так хочется стать маленьким мальчиком и спрятаться за чьей-нибудь широкой спиной? Рой всегда любил свою самостоятельность, справлялся с проблемами своими силами (или подыхал, пытаясь с ними совладать), но сейчас...

Словно что-то давило на него извне.

Что-то, от чего хотелось рявкнуть "прекратите!" - и врезать тем самым кулаком о ствол дерево, ссаживая костяшки. Словно в надежде, что боль сможет отрезвить.

Пять-шесть метров над землей - действительно невысоко. Рой поправил колчан, будто ремни могли его подвести и ступил следом за Тоддом на тонкие ветви, в самом деле сплетающиеся в подобие канатной дороги. Не слишком надежно, но для них, привыкших держать равновесие и на более шатких пространствах, выглядело почти как главный проспект какого-нибудь зашуганного европейского городишки.

- Найтвингу бы тут понравилось... - заметил Рой. Он смотрел в основном в чужую спину, затянутую в кожаную куртку. Цвет ее нравился, казался живым, в отличие от окружающего леса. - Это он у нас, блин, цирковой мальчик. А я не Робин Гуд, знаешь ли.

+1

8

- Так, Харпер, - со всем чувством, на какое Тодд, воплощенное в жизнь «меня-не-ебет», вообще способен, сообщает он боевому товарищу. – Кончай нудить. И вообще, засунь язык в задницу. Дерево скрипит тише, чем ты пиздишь, а бегать по этим веткам от кого-нибудь точно только Найтвинг сможет.

Он бы скорее сдох, чем признал последнее: комплекс младшенького, который Джейсон тоже, конечно же, упорно отрицает. Несмотря на обилие желчи, контролирует он свои слова довольно херово. Плохой, очень плохой знак. Не будь он упертым, что сам Бэтмен позавидует, засранцем, Джейсон уже позволил бы лесу пробраться внутрь, в голову, в кости, пробирая их до состояния, в котором ноги начинают предательски деревенеть сильнее, чем кора у них под подошвами.

Именно это и происходит с Роем, с громким матом оступающимся у него за спиной. И – спасибо Яме за это! – Джейсон, разумеется, спасает свою ужасную принцессу, на обостренных инстинктах почти мгновенно разворачивается и цепляется неудобно в край жилета, красного, как обещанные туфельки. Почему эта долбоящерка оделась в лес, как на показ супергеройских мод, спросил бы он, если бы не помнил, что в этот же самый поход пошел в брендовой куртке. Модифицированной Харпером, конечно, но в дорогой же, блять, коже!

- Рой, ну бля... – он почему-то только вздыхает, перехватывает товарища поудобнее за плечо, поперек татуировок, подтягивает вверх, и остальные слова в его адрес не выкатываются следом. Максимум заботы – не ткнуть в этот момент, как провинившегося щенка, мордой в лужу, в несколько гигантских луж, разливающихся посреди чистенькой гостиной.

Не так уж много удовольствия Джейсон испытывает от унижения других, как любит показать. И точно в ситуации, когда неожиданно всё, что ему хочется высказать – это то, что лес его тоже заебал. По-другому, не мерзкими предзнаменованиями и неприятными мыслями, но... тоже ощущениями. Тодду не нравится чувство, что его водят за нос; не кто-то конкретный, кому можно втащить по зубам, твердо стоя на земле. Абстрактная какая-то и мутная сила, заставившая их ползать по верхушкам, как диких обезьянок. Джейсон ненавидит абстракцию.

Он будто снова стоит у порога храма, разглядывая стоптанные носы своих мартинсов, и не решается ступить внутрь. Знает, что проебался. Знает, что за парой стен его ждет четкое тому доказательство. Что-то больше, что-то сильнее, чем проблемы, решаемые оружием. Джейсон встряхивает головой, растворяя неудачно подвернувшуюся в памяти картинку без следа, переступает, нарочито раскачивая синеватую крону. Шелест приятнее, чем повисшая тишина – он только сейчас понимает, что Рой все еще ему не ответил, только стоит и сверлит глазами то ли на уровне плеч, то ли куда-то мимо.

- Давай двигать, Страшила. Мне кажется, деревья редеют, а они нихера не должны редеть в чаще просто так.

– Мне кажется... – очень медленно, очень нехотя отзывается Харпер. – Мне кажется, я что-то вижу. Видел.

Едва уловимую тень на самом краешке, и ветка, надежная до того, проверенная Тоддом, но словно нарочно поддавшаяся под ногами Харпера. И вдох всего леса, когда за мгновение до падения его подхватывает Джей. Разочарованный, потерянный выдох, когда тот восстанавливает равновесие. Слова Тодда шелестят над головой, бессмысленные, неуместные, тупые его шуточки даже поморщиться не заставляют. Харпер зябко поводит плечами.

– Ты не чувствуешь?

Он может сказать – лес расходится, но не становится светлее. Рой бросает взгляд на часы и видит лишь обратный отсчет до взрыва бомбы Хищника: на месте электронного дисплея круговерть палочек и кружков. Но по его чувству времени темнеть так точно не должно, еще слишком рано, тогда почему же небо, проглядывающее в разрывах крон деревьев такое низкое и смутное?

– Я не хочу идти дальше.

Рой никогда не отказывался прежде, не ныл, не сбегал. Но сейчас накрывающее его чувство... ломки? словно все тело скручивает неизбежностью, предчувствием боли и гудящей пустоты в голове, – это чувство принуждает его сделать шаг назад. Он смотрит на Тодда прямо и сухо, без тени усмешки во взгляде, но не видит отражения собственного подкатывающего к горлу ужаса. Тодд не понимает. Он не чувствует обреченности, от которой Рой почти хочет сорваться, рухнуть вниз, и он почти уверен – станет легче и вместе с тем во сто крат хуже. Первый вдох тонущего человека, вдох, полный воды, на мгновение тоже кажется надеждой.

Такого не бывает. Такого не случается в их неловко-кривовато, но крепко сбитом тандеме: Тодд всегда шагает вперед, Рой всегда нога в ногу ступает следом. Он сколько угодно дурачится, опрокидывает Джейсона с идеями, перечит и спорит иногда так, что у них пена на губах выступает, как у бешеных псов, но-о...

Но. Харпер, как сплошное ебаное “но”, стоит прямо перед ним, опираясь на ближнюю ветку, его можно толкнуть плечом, просто подавшись вперед; и в то же время его нет.

У них такого не случается, а внеплановые ситуации злят Тодда – естественно, что его вообще не злит?

- Послушай, друг, у нас нет времени спорить об этом. Нужно двигаться, - это «друг» настолько тошнотворно иронично, что Джейсон сам себя одергивает. Бесполезно делать вид, что у него не ухает неприятно что-то внутри при виде бледного, странно поникшего Харпера, сутулящего плечи, как утопленник, скованный по запястьям с двумя гирями. Ему не болтать здесь о философском надо и не упрекать в неожиданной слабости, а вытаскивать друга, и срочно. Пока он не утонул. – Пока мы не упустили возможность подойти незамеченными.

(его искренность не коррелируется со словами, никогда, точно не сейчас)

Тодд нетерпеливо облизывает пересохшие губы и опять стаскивает с головы шлем, тут же оттягивающий руку неприятной тяжестью. Дико, но он не успевает задуматься о том, что сейчас они стоят практически у верхушки монструозного дерева и на внушительной высоте. Вместо этого за короткую секунду, что маска перекрывает ему свет, Джейсону мерещатся вместо темноты красные вспышки. Ему кажется, что за мгновение слепоты Рой исчезнет.

Тот остается, так же маячит рядом с ним, напряженно вглядываясь в какие-то миражи за спиной товарища. Только теперь Джейсон грубо цепляется в его предплечье, почти не заметив собственного жеста – резкого и нервного.

- Либо скажи мне, что я должен “чувствовать”. В каком направлении. Давай, Рой, честное слово – покажешь пальцем, куда, я выстрелю без вопросов.

+1

9

Рой устало прикрывает глаза и отводит взгляд. Тодд смотрит на него испытующе, привычно-злой, привычно-растрепанный после шлема, с порозовевшими щеками - и в то же время ужасно растерянный и сбитый с толку. Чудовищно далекий при том, что сам стискивает пальцы едва ли не до боли, оставляет следы на незагорелой полоске кожи чуть выше края фиксирующих ремней. Его обеспокоенность, его нарастающее бессилие, неумение разорвать тишину леса (сухую, неестественную, некрасивую) лишь вынуждает дышать чаще, словно воздуха перестает хватать. Рой резко высвобождается из захвата, отшатывается, неловко переступая ногами в опасной близости от бесконечного падения.

- Я не знаю! - вопит он, отчасти в надежде, что сможет добавить громкости в давящую тишину, но слова его вязнут в ней словно выстрелы под водой, словно бег в ночном кошмаре. - Ты не видишь?! Ты не слышишь?.. За кем мы гоняемся, тут никого нет, Тодд, тут нахер никого нет, кроме нас и ме...

Рой запинается, его рот распахивается в ужасе. Лицо Джейсона меняется. Бледнеет кожа, тускнеют глаза, проступают четче зубы. Он мертв. Он точно мертв, и Рой отшатывается еще дальше, преисполненный ужаса и горя, потому что это, мать его, Тодд, и что, что с ним, мать его, происходит?!.. Ботинок скользит по ненадежному сплетению, и под ним оказывается лишь пустота падения.

Харперу везет. Ветки смягчают его падение, и он остается жив. Вот только, пролетев эти несколько метров до земли, он неожиданно даже для себя не успевает сгруппироваться и всем телом принимает удар об землю. А когда открывает глаза, то понимает - темнота перед ними не спешит рассеиваться.

Тодд не успевает сделать ничего: ни сматериться на него снова, – нет, Рой, нихуя не вижу, никого не слышу, какого хера там опять углядело твое эльфийское зрение?! – ни хотя бы потянуться к нему, успеть зацепиться за перекрученное венами запястье. Он бы выдержал вес второго человека, хотя в Арсенале вполне добрая доля мышц и еще больше – тяжелых стрел. Но Джейсон только видит бумажно-бледное лицо и полные ужаса глаза, так широко раскрытые, что в них на этом расстоянии можно заметить свое отражение.

Он не успевает рассмотреть, во что с таким ужасом вглядывается друг, тот ухает вниз с такой скоростью, будто действительно резко бросают вниз навешенный на его шею камень.

- Рой! – крик выходит инстинктивно: на деле Джейсон уже соскальзывает вниз, без какой-либо акробатической элегантности, но быстро и четко приземляясь с ветви на ветвь. За упавшим телом он и не пытается успеть, но Харпер летит достаточно медленно, чтобы надеяться на лучшее.

«Твою же дохлую, мелкий, мать», думает Тодд, как можно осторожнее поворачивая его голову и проверяя затылок. На глаз в этой рыжине ни черта не разобрать, но наощупь под оголенной ладонью пряди сухие, трава под безмозглой головой – тоже, на первую поверку живой, значит. Переломы тоже отменяются, никаких неестественных углов в теле он не замечает, хотя Харпер дрожит. Очень сильно.

– Эй, – он легонько шлепает по бледной щеке, не соображая даже снять перчатку со второй руки. Джейсону не отвечают, но глаза открываются, бесцельно пялясь в пустоту. У Харпера уголок губ окрашен красным, и Тодд сам чувствует запах крови...

Стоя у порога, он уже знал, что скоро найдет тела. Никакое ебаное вуду не спасло – сплошное мясо, у которого когда-то были имена и воспоминания. Там, куда дальше ступал Тодд, было очень грязно и неприятно ярко, все сплошь красное поверх других, приглушенных цветов.

Рой растекается на этой ебучей синей траве очень, очень белым пятном.

- Твою-то мать, Харпер! Отвечай, если слышишь. Ты слышишь меня?

Джейсону неуместно и тупо хочется добавить «я здесь».

Темное пятно с голосом Джейсона что-то очень хочет от него. Харпер сухо сглатывает и пытается сесть. Голова тут же идет кругом до тошноты, а пятна не становятся четче. Блядь.

Это сотрясение.

Ему и к врачу идти не нужно, чтобы распознать симптомы. Не в первый и - он надеется - не в последний раз. Единственное, что Харпера пугает по-настоящему, так это не спешащее возвращаться зрение. Оно не пропадает полностью, он может уловить движение пятен перед глазами, но, сколько ни щурится, не может разглядеть не то, что лица Тодда - даже очертания его тела расплываются, превращая того из Красного Колпака в Красный-Примерно-Овал. Высокий и мускулистый овал.

Харпер тяжело сглатывает, вытирает уголок рта, ожидаемо размазывая кровь. То ли содрал, пока летел, то ли прикусил что: голова все еще гулко звенит, мешая сосчитать всего себя целиком и выяснить, каких деталей паззла "Рой Харпер-младший" не хватает на этот раз.

- Слышу... - глухо отзывается он. А может, напротив, кричит громче, чем нужно. Собственный голос кажется иным, непривычным, ватным, он вписывается теперь идеально в дремучую тишину леса. Настолько хорошо вплетается в него, что Харпер жмурится, отгоняя тошнотворное ощущение того, что он все-таки треснулся сильнее, чем было нужно, и что он умер, и что есть теперь лишь его призрак и...

Нет, у призрака определенно не будет болеть все тело.

Харпер неловким движением стряхивает руку Тодда и неуверенно садится. Моргает беспомощно.

- Я же говорил, что не акробат. Пойдем понизу. Тут можно наебнуться только на колени, а это, знаешь, иногда даже бывает полезно, ну, чтобы расслабиться. Если ты понимаешь, о чем я.

Рой заполняет эфир. Ничем иным его болтовню назвать нельзя, осмысленности в ней ноль, да и сам он едва ли пропускает ее через мозг; но собственный голос не успокаивает, напротив, теперь, ему кажется, что он говорит с пустотой. И больше всего Харпер боится, что пустота ему ответит.

Или что лицо Тодда вдруг станет четкой, сфокусированной маской мертвеца.

+1


Вы здесь » BIFROST: теория струн » law of universal gravitation » 青木ヶ原